Цискаридзе рассказал, какую грань не переступил в своей книге
Николай Цискаридзе, сыгравший в десятках спектаклей в Большом театре, не так давно решился написать свою книгу. Первый тираж был распродан мгновенно.
СМОТРЕТЬ ВИДЕО: Цискаридзе рассказал, какую грань не переступил в своей книгеВ интервью с ведущим программы «Однажды» Сергеем Майоровым Цискаризде признался, что всеми силами сопротивлялся тому, чтобы его книга была мемуарами, и отшучивался фразой Раневской: «Если напишу мемуары, это будет книга жалоб без предложений».
Николай Цискаридзе: «Но когда я понял, что люди делают все, чтобы твоя фамилия даже на сайте не появлялась, там где ты был 21 год главным танцовщиком и все правительственные спектакли, государственные премии, они связаны конкретно с твоим именем, не с каким-то другим, я был сначала удивлен».
Последней каплей, по словам Цискаридзе, стало то, что в магазине он увидел книгу, которая называлась «Балеты Большого театра на литературные произведения», и там было все что угодно, кроме одного спектакля — «Пиковая дама». Он знал человека, которому давали фотографии для книги. И позже поинтересовался, почему так вышло. Ему сказали, что «было приказано этот балет не упоминать». Тогда Цискаридзе решился написать свою книгу о театре.
Он также отметил, что его книга — это рассказ, ему «не в чем исповедоваться», не идет речь и о мести. По словам Цискаридзе, его педагог Мария Семёнова один раз сказала, что он рано или поздно напишет книгу, и шутя попросила его романтизировать ее образ.
Николай Цискаридзе: «Мы долго потом с ней об этом говорили, и она говорила: „Коль, понимаешь, есть вещи, о которых неприлично говорить“. Конечно, я знаю много историй, которые она мне рассказывала, очень трагичных либо очень для нее важных. Она мне настолько доверяла, что знала: я об этом никогда не расскажу публично. И я, конечно, эту грань не переходил. Там нет ничего, что касалось бы личных взаимоотношений — ни моих, ни кого-либо с кем-то. Я слишком много знаю и слишком много был свидетелем чего-то. В семье, в которой я вырос, о трех вещах не говорили никогда: с кем спишь, сколько получаешь и кто какой национальности и конфессии».
Однако он допустил, что кто-то после прочтения книги может обидеться. Но они же «все имеют право», сказал Цискаридзе, добавив, что излагал именно свой взгляд, свою точку зрения на события.