Гузеева прошла мимо Цоя и Гребенщикова, а Пигмалионом называла Курёхина
Семнадцатилетняя Лариса Гузеева впервые увидела Виктора Цоя в прокуренной квартире авангардиста Сергея Курёхина. По стенам — странные картины, из колонок — немыслимая какофония. А он стоял в углу: сутулый, в чужой тельняшке, молчал и смотрел исподлобья. «Королева общаги», как называла себя тогда Гузеева, не разглядела в нём ровным счётом ничего. Сегодня Цой — голос поколения, […]